как скучно

и как лень. 

Конечно, можно тысячу раз сказать, что человек сам создает себе жизнь. и это даже окажется правдой, только узнаю я об этом слишком поздно, судя по тому, как сейчас развиваются события. Или скорее как они не развиваются. 
Воодушевление и уныние нагнал просмотр чужих фоток. Люди летают над Москвой и копошатся в подземке. Ну, допустим, в подземку я бы не полезла. Но у них - жизнь. а я учусь. Определяемое и определяющее. 

Сложилось ощущение, что в этой стране мне абсолютно ничего не светит. Мы как-то друг друга не замечаем, стараемся остаться друг для друга незаметными. Поеду в Дюссельдорф, в Германии со мной вечно всякий бред происходит Х)



Фотка - иллюстрация моего путешествия, такой неосознанный петраркизм. Вижу гору - дай-ка взберусь. только вот день выдался не очень - дожди и туманы. А из обуви - только босоножки. из одежды - шорты, майка и ветровка. Еду я ( как щас помню) я поезде, ливень начинается, на лужах пузыри, гора окутана дымкой... " И почему я решила поехать на Цугшпитце именно в такой день??"
Так вот. На Цугшпитце я так и не попала - денег не хватило. Зато пешком забралась на другую гору. вот это была проверка на выносливость и упорство. Под дождем, в тумане я забиралась все выше, под конец тропинка стала очень крутой, было видно, как пар поднимается вверх, а птицы парят снизу. Я видела оленей. они стояли на тропинке на один ярус выше меня Х) 
Я видела мужика, когда прыгала по камням в ручейке-продолжении водопада, ниспадающего из расщелины. Мужик оказался советским эмигрантом. Он очень удивился, когда узнал, откуда я, и что я приехала одна, а потом уехала из центра Баварии на границу с Австрией в непогожий день, да еще и в горы залезла в шортах и босоножках. "Ты что же, из Союза?? А что, как это.. подожди.. абер.. можно уезжать?" - после этих слов я подумала, что, может, я потерялась во времени? 
...Люди и собаки шли навстречу, когда я была близка к вершине. Елки становились все приземистее, покрывались клестами. Молочные коровки паслись на самой вершине. Другой немец спросил: ну чо, не видала небось коров-то в городе-то? Я ответила, что не говорить по-баварски. по-вашенски. 
Мужик на Ванке, продавец билетов на фуникулер, не шпрехал по-английски. хехе, мне удалось купить билет, да еще со скидкой, ибо прошлым летом я была еще так молода, что могла ездить почти бесплатно Х)

Когда я ехала вниз, было, кажется страшно. Судя по видео, которое сохранилось и позже просмотрелось в теплой гостиной за чашкой чая Х) Но мне было уже все равно _-_

А внизу добрый мужик хозяин хостела угостил меня кофе и любезно указал, где и когда останавливается автобус.

ааа аа когда я приехала обратно в Мюнхен, у меня зуб на зуб не попадал. Перед гостиницей стояли два немца-близнеца, они приехали из Эссена на пару дней, чтобы нам вместе потусить. 
на следующщий день мы протаскались (  я их протаскала) по всей северной Баварии. 

Домой я прилетела ночью, кажется, я никогда не была такой уставшей. 

Мне все время казалось, что я не на даче в Подмосковье, а в окрестностях Мюнхена.. 

Последнее Д\з

Это стихотворение можно разделить на пять частей:
- описание «памятника», его вечность, не подверженность времени и стихиям;
-уверенность автора в том, что его будут помнить до скончания времен, пока на Капитолий будет восходить жрец с молчаливой девой (жрицей-весталкой, давшей обет молчания). Часть его бежит Либитины, богини похорон, то есть станет бессмертной.
-повсеместное почитание и память о нем: и на берегах Ауфида, на родине Горация, и в бедном водой царстве мифического царя Давна.
-автора говорит о своих заслугах: из низшего возвысился, первым сумел песнь эолийскую (греческую) итальянским ладам привить.
-просит Мельпомену оценить по достоинству его труд и охотно даровать ему лавровый венец.

Это стихотворение сохранило память о Горации в веках, сделало его легендарным поэтом. Возможно, его последователи, поэты, стараются перевести это произведение, чтобы и им досталась доля бессмертной славы, которую несет труд Горация. Это стихотворение – своего рода заклинание: “non omnis moriar, multaquae pars mei…” – «нет, весь я не умру…», сохраняющее живую память о творце.
Про каждого гения искусства можно сказать, что в творениях он запечатлел свой успех, будь то великий композитор, архитектор или художник. Например, Леонардо да Винчи это особенно удалось. Его помнят не только люди, занимающиеся искусством, но и простые обыватели. Этот художник ( механик, оптик, филолог, геолог, физик…) сумел создать такие шедевры, которые содержат в себе неразгаданные тайны, интересующие человечество до сих пор. Не это ли – настоящий памятник, когда твое произведение знает весь мир и сложно найти человека, никогда не слышавшего, например, о Моне Лизе и загадках, которые ее окружают? Деяния Леонардо приумножают его славу и по сей день, ведь чужими руками к его творениям добавляются новые осмысления, оживляющие раз за разом то, что давно бы уже умерло, истлело и было предано забвению, если бы было в меньшей степени талантливо, нежели есть.

Домашние задания

Задание № 13

- Лев Толстой утверждает, что сельский труд – условие ценного творчества
- Отношение современников и людей 19 века к Вергилию (неоригинальный - талантливый, почитаемый художник первого плана (Италия) – не особо важная фигура в мире литературы (Германия).
- Вергилий называл земледельческий труд проявлением воли, моральным подвигом, совершаемым в силу высших нравственных велений.
- «Природа – элемент действа художественного произведения. Она созвучна переживаниям персонажей» - это легко подтвердить, обратившись к большинству классических произведений. Назовем, к примеру, Тургенева, его роман «Отцы и дети», где появляется описание куста сирени, разросшегося вокруг беседки Николая Петровича Кирсанова. Он, может, не был создан для управления хозяйством, и оно пришло в упадок, но кустарник становится отражением его достаточно тонкого душевного устройства. В «Асе» же природа принимает непосредственное, можно сказать, динамичное участие в действии. Она символична, она - источник пророчеств, молчаливый собеседник, влияющий на героев . Конечно, известное описание дуба у Л. Н. Толстого подтверждает высказывание о том, что природа созвучна переживанию персонажей, иногда даже наоборот, персонажи отзываются на изменения в природе, ведь человек и живой мир вокруг находят отражение друг в друге.
- Сравнение творческих методов Вергилия и Толстого. Указывают на большую последовательность описания второго, меньшее количество фактических ошибок.

На мой взгляд, в произведении Вергилия труд земледельца – это основное, естественное занятие человека. Вергилий воплощает образ горящего Илиона и падающего старого ясеня, подрубленного топорами земледельцев, эту сцену можно рассматривать как иллюстрацию к тому, что народ, близкий к земле, - мощная стихия, способная защитить родину, избавить ее от пережитков прошлого, мешающих развитию, как старый ясень, как прошлогоднюю листву уничтожает народ то, что изжило себя. Слава Рима держится на законах, великих воинских победах, завоеваниях, но для боевых действий правители призывают народ, то есть пахарей, возделывающих поля. Но, как оторванные грозой от своих дел, переждав непогоду, земледельцы возвращаются к своим делам, в естественное состояние общения с природой, торопятся «взяться опять за труды», будто другая деятельность деятельностью не является, а только сбивает с толка и отвлекает от правильного течения жизни.

Предпредпоследнее

Трудно рассуждать о событиях, которые происходили тысячи лет назад, сложно пытаться объективно решить, кем была та или иная фигура, о существовании которой не осталось живых свидетельств, только письменные упоминания. Но можно ли доверять людям, которые увековечили поступки современников?
О Катилине по большей части мы узнаем из произведения Гая Саллюстия Криспа, который представляет его жестоким человеком, ищущим личной выгоды, хотя и не отказывает ему в храбрости и ораторском искусстве. Но кто такой Саллюстий? Александр Блок называет его взяточником, любимцем Цезаря, который был готов оправдать провинившегося подданного перед судом, а на деньги, добытые Саллюстием, построить виллы около Рима. Ясно, что для Саллюстия переворот, который готовил Катилина, был совершенно не выгоден. Более того, эти события происходят в Риме за 60 лет до рождения Иисуса Христа, то есть за полвека до обновления всего мира. Как мы знаем из истории и из литературных произведений, которые и являются реакцией на историю, обречены на тяжкую жизнь и посмертные порицания те, кто предвещает падение старого строя.
В те времена для богатых и знатных, для правителей и их приближенных обстановка в империи была самая благоприятная, соответственно, народ бедствовал, страдал от беспорядков, произволов чиновников, военных и олигархов. Это была подходящая почва для коренного переворота в стране, которым и занялся Катилина. Ему удавалось строить заговоры, устраивать восстания рабов, при этом долгое время оставаясь безнаказанным. Хотя историки и наградили его скверными душевными качествами, даже неприятной внешностью, но биография его неоднозначна. Опираясь на имеющиеся источники, мы не можем точно сказать, что он убил брата, жену и сына и был в связи с собственной дочерью. Также то, что переворот для Катилины являлся только способом поправить свое финансовое положение или обогатиться, получив проскрипции, стать диктатором, может оказаться лишь наговорами тех, кому это было просто невыгодно.
Народ, который чаще всего не понимает, что к чему, все же не пойдет за реформатором, предлагающим нечто преумножающее бедность и страдания. А ведь не только рабы, для которых благом было бы просто получение свободы, но и простые римляне шли за Катилиной, многие были с ним до последнего.
То, что велики были мужество и отвага немногочисленного войска уже обреченного на поражение Катилины, не отрицает и Саллюстий, изображая гибель повстанца, «изменника родины», как гибель героя, лицо которого даже после смерти «сохраняло печать той же неукротимости духа, какой он отличался при жизни.»
Таким образом, Катилина остается туманным персонажем, который, впрочем, больше похож на оклеветанного противниками героя, талантливого реформатора, чем на изменника родины и жестокого разбойника.

Задание 11

На мой взгляд, французский (Maurice Rat) и русский (А.И. Пиотровский) переводы очень близки стихотворению Катулла «Lugete, o Veneres Cupidinesque» . Одинаковое количество строк (18), более или менее совпадающее количество слогов (от 9 до 12). Рифма иногда появляется во французском и латинском вариантах (tous -Vénus, maîtresse – sans cesse, pays – joli); (amabat – norat, movebat – pipiabat, devoratis – abstulistis), в русском переводе замечается только созвучие.
С лексической стороны, оба перевода очень близки к оригиналу, они почти дословны. Интересно, что французский как романский язык, наиболее тесно связанный с латынью, повторяет основы слов оригинала (pipiabat – pépiait, одно время, выражающее длительность действия; malae tenebrae – males ténébres; devoratis – dévorez и проч. ) В свою очередь, русский перевод ближе к оригиналу в построении предложения, обращенного к Орку, богу смерти и подземного царства в римских мифах. Во французском используется родительный падеж, буквально «злые потемки Орка», тогда как в русском варианте употребляется нечто подобное латинскому вокативусу (Orci), не хватает только усиления, «О, Орк» было бы еще точнее.
Что касается восприятия стихотворения, то, как и следовало ожидать, гармоничнее всего оно звучит на французском. Именно в этой обработке текст читается максимально легко, передается тоскливая интонация, подражающая надгробному плачу, бессильные возмущения в конце произведения. Для слушателей, не владеющих ни языком оригинала, ни французским наиболее поэтично звучит именно перевод Мориса Рата. Оригинал по звучанию напоминает реквием по воробушку, при этом появляются некоторые иронические нотки, когда Катулл говорит о смерти птенчика, употребляя такие выражения и так строя фразу, будто стихотворение написано на смерть царя.

Pleurez, Vénus, Amours, et vous tous,
tant que vous êtes, hommes qui aimez Vénus !
Le moineau de mon amante est mort,
le moineau, délices de mon amante,
lui qu'elle aimaitplus que ses propres yeux !
Il était aussi doux que le miel, il connaissait sa maîtresse
comme une petite fille connaît sa mère ;
il ne quittait jamais son giron, mais sautillant tantôt par-ci,
tantôt par-là, pour elle seule il pépiait sans cesse !
Et maintenant, il va par la route ténébreuse au pays
d'où l'on dit que ne revient personne.
Ah ! maudites soyez-vous, males ténèbres d'Orcus,
qui dévorez tout ce qui est joli ;
il était si joli le moineau que vous m'avez enlevé !
O malheur ! pauvre petit moineau !
c'est pour toi que maintenant les beaux yeux de mon amie
sont gonflés et tout rouges de larmes !

Lugete, o Veneres Cupidinesque,
et quantum est hominum venustiorum:
passer mortuus est meae puellae,
passer, deliciae meae puellae,
quem plus illa oculis suis amabat.
nam mellitus erat suamque norat
ipsam tam bene quam puella matrem,
nec sese a gremio illius movebat,
sed circumsiliens modo huc modo illuc
ad solam dominam usque pipiabat.
qui nunc it per iter tenebricosum
illuc, unde negant redire quemquam.
at vobis male sit, malae tenebrae
Orci, quae omnia bella devoratis:
tam bellum mihi passerem abstulistis
o factum male! o miselle passer!
tua nunc opera meae puellae
flendo turgiduli rubent ocelli.

Задание "Юбилейное"

ну вот, я единственный лузер, который сказал "стихотворение о Катулле" Х)
О Сенеке, да, о Сенеке. только прошлое больше запомнилось *_*

Если доверять стереотипу, закрепившемуся в сознании благодаря постоянному принятию чужого мнения (через кино в частности), греки и римляне действительно разные, совершенно противоположные друг другу, как в этом стихотворении.
Греки и римляне. При упоминании первых в сознании рисуется красивый, мирный пейзаж: силуэты кипарисов и белых, воздушных храмов; возлежащие под сенью деревьев ленные греки в простых одеждах, занимающиеся чтением, музыкой или неторопливо разговаривающие, оттачивающие мастерство искусного слова. Римляне – это обязательно легион, сверкающий железными щитами, закованные в металл гоплиты во главе с великим полководцем, красные плащи, флаги, оружие. Лаконично и совершенно точно можно описать несколькими словами из данного стихотворения: «У греков - мир ценить, у римлян - воевать».
Но так ли это. Никогда не следует доверять стереотипам, хотя доля правды в них всегда имеется. Греки и римляне не так уж разительно отличаются друг от друга, тем более что близкое расположение связывает их многочисленными мирными и военными контактами.
Плутарх, составляя "Сравнительные жизнеописания" рассказывал о парах правителей, между которыми гораздо больше сходств, чем различий. Качества, приписываемые каждому народу свойственны им обоим, так что иногда «мир ценить» - актуальнее для римлян, чем для греков. Так Нума Помпилий воспитывал в своих подданных нравственность, прививал им любовь к искусству и красоте. Он управлял государством, не прибегая к оружию и насилию, но сплотил народ, хотя его законы и не способствовали обогащению страны. В то время Ликург тоже повышал нравственность своего народа, не забывая и о воинственном духе, присущем спартанцам. Он занимался образованием, физическим и духовным воспитанием молодежи (причем как юношей, так и девушек), установил полное равноправие в своем царстве, отменил деньги. Спартанцы, этот народ-армия, были умны и благородны, а их военная подготовка превосходила оную римлян в период правления Нумы.
Обратимся к другой паре правителей – Пирру и Гаю Марию. Биография первого, грека, - сплетение заговоров и войн. Он был талантливейшим полководцем, жизнь которого – постоянная битва, новая война могла быть развязана только ради пополнения казны. Едва ли можно найти серьезные различия между ним и римлянином Гаем Марием.
Действительно редким исключением бывает правитель, пытающийся сохранить мир, избежать братоубийства ради присвоения царской власти, занимающегося нравственным воспитанием своего народа. Так Тесей и Ромул – оба основатели известнейших городов, оба славнейшие воины – вот главное их сходство.
Наверное, степень различий и сходств народов диктуется эпохой, личностью правителей, которые этими народами занимаются, контактами между гражданами как на политическом, так и на индивидуальном уровне.

задание 9а

Александр Кушнер, в основном, цитирует стихотворения, посвященные Лесбии, возлюбленной Катулла. Как то, например, « Тот с богами, кажется мне, стал равен», строки которого напрямую упоминаются в тексте произведения. Интересно, что Катулл называет свою возлюбленную, подлинное имя которой Клодия, в честь Сапфо, поэтессы с острова Лесбос, Лесбией. Отосланные к творчеству поэтессы, мы замечаем, что Катулл в своих стихах развивает темы, затронутые ей, которые потом подхватывает и Кушнер, ведя беседу с древними творцами. Например, стихотворение Катулла «Кажется мне тот богоравным» можно назвать переосмыслением произведения Сапфо «Богу равным кажется мне по счастью», Кушнер же упоминает оба произведения строчками: «…пропадает голос, \Отлетает слух, изменяет зренье \ Рядом с той, чья речь и волшебный образ \ Так и этак тешат нас в отдаленье..»

Среди поэтов, переводивших эти строки Катулла на русский язык, мне известны А. Фет, С. Ошеров М. Сазонов, я познакомилась с их интерпретациями, убедившись, что в стихах о любви каждый переводчик оставляет часть себя, в целом сохраняя первоначальный смысл, но при этом отчасти меняя его.

Да, Кушнер, как и Пушкин, признаются, что любовь – это страдание, высшая благодать и боль одновременно. Это ненависть и страсть, которые сосуществуют в одной душе, не покидая ее ни вблизи с предметом любви, ни вдалеке от него. Любовь может быть светлой грустью, приятной болью в предвкушении свидания, даже если оное не предвидится в ближайшее время или вовсе невозможно. Влюбленный будет довольствоваться одним образом любимого, возникающим в сознании. Возможно, со временем он даже не сможет отдать себе отчет в том, по кому он страдает – по реальному человеку или призраку, поселившемуся в душе.
Если любовь «на расстоянии» - это боль светлая, сладкая и слепая, то встреча с возлюбленным может вызвать слишком сильные переживания для изнеженной ожиданием души. Но сердце не любить не может, оно живет только ради того, чтобы дожить до любви, до новшеств, в которых и есть один из смыслов пребывания души в этом мире. Они – будто способ познания запредельного, возможность получить крылья, чтобы заглянуть за небесную твердь, но только на мгновение, ведь потом окажется, что «не любовь это, а влюбленность», что все – иллюзия, что снова обретена цель – искать настоящую любовь, те крылья, которые, наконец, будут настоящими, крепкими и сильными.

Задание было очень интересным по причине его оригинальности.
Кажется, я пишу меньше всех, но ведь лаконичность приветствуется. Ведь это неправда, что длина текста определяет степень вложения души. Я напишу, сколько нужно, чтобы вспомнить обо всем том, что я думала на этот счет.

1) Упоминание об Эдипе добавляет произведениям больше смысла, расширяет границы объятой автором темы. Поэтам реминисценции позволяют создать образ, без изменений передать его читателю, при условии, что у всех более-менее схожие представления о мифах, что, отослав человека к античным притчам, поэт сможет высказаться лаконично, сохранив при этом полноту сочинения.
Рок-исполнители стремятся создавать песни так, чтобы они казались глубже, чтобы можно было оправдать нецензурную лексику использованием ее как средством приближения их творения к самой настоящей, не выдуманной реальности. Если Джим Моррисон и Александр Васильев могут вот так просто встретить Эдипа, не изменившегося с давних времен, раз за разом поступающего так, как когда-то, значит, мир тоже ничуть не изменился, в нем существуют те же самые проблемы, а в людях - пороки. Наше ультрасовременное общество не сдвинулось с места, до сих пор нам известно, что убийство отца – это совсем даже не миф. Живя в двадцать первом веке, мы не можем не отрицать, что истории об отношениях с собственной матерью - небылицы. Рокерам важно поднять самые злободневные, грязные темы, ведь именно они интересуют современного обывателя чаще всего.
2) Конечно, помогает. Ведь подчас смысл первоначального произведения так искажается в современном видении, что, чтобы понять мысль автора, хорошо бы знать оригинал, к которому он нас отсылает. Также способствует пониманию того, что именно хотел сказать автор тем или иным сравнением.

3) Современные поэты помогают его не забыть, возможно, переосмыслить. Нельзя точно сказать, способствуют ли они пониманию конкретно оригинала, ведь в современном контексте миф воспринимается по-другому. К тому же чаще всего авторы используют только самые яркие подробности жизни Эдипа, даже не упоминая об остальных, что, в общем-то, не каждого спровоцирует освежить в памяти его полную биографию.